Даже когда родители после расставания живут в одном городе, решить, с кем останется ребёнок, непросто. Если же они живут в разных странах, появляется ещё один вопрос, и именно на нём семьи чаще всего допускают ошибки: суд какой страны вправе решать спор и будет ли его решение иметь силу в другом государстве. Решение о месте жительства ребёнка, принятое в одной стране, имеет практическую ценность лишь тогда, когда его можно исполнить в другой. Самые сложные споры возникают как раз в тех семьях, где об этом задумались только после того, как ребёнок оказался за границей.
В этом и состоит главная сложность международных семейных споров. Каждый из родителей, что вполне понятно, рассчитывает на законы и суды своей страны. Однако ребёнок не может одновременно жить по правилам двух правовых систем: если родителей разделяет граница, спор так или иначе будет решаться в какой-то одной стране. Нужно определить, в какой именно, и позаботиться о том, чтобы договорённость или решение суда действовали и в другом государстве. Такая задача заметно сложнее, чем обычный спор о ребёнке между родителями, которые живут в одной стране.
В этой статье мы рассматриваем ситуацию с точки зрения белорусского права. Она будет полезна семьям, в которых один родитель живёт в Беларуси, а другой за рубежом, а также родителям ребёнка — гражданина Беларуси, жизнь которого связана с двумя странами. Мы расскажем, как в Беларуси решают, с кем будет жить ребёнок и как второй родитель сможет участвовать в его жизни, суд какой страны обычно рассматривает такие споры, как определяется место жительства ребёнка, если родители живут в разных государствах, и что происходит, если ребёнка вывезли или удерживают за границей без согласия второго родителя. Наша задача — помочь родителям заранее увидеть всю картину, а не разбираться в ней, когда проблема уже возникла.
В Беларуси не «присуждают опеку»: суд определяет место жительства ребёнка и порядок общения
Родителям, которые знакомы с правом англоязычных стран, прежде всего стоит отказаться от привычного там понятия «custody», которое обычно переводят как «опека». В Беларуси одному из родителей не передают некий набор прав под названием «опека», оставляя второму лишь «право на периодические визиты. Более того, опека в белорусском праве — это форма устройства детей, оставшихся без попечения родителей, и к спору между отцом и матерью она отношения не имеет. После расставания оба родителя в полном объёме сохраняют родительские права: право и обязанность воспитывать ребёнка, заботиться о нём и защищать его интересы. Исключение — случаи, когда суд лишил одного из родителей родительских прав или ограничил его в них, но это отдельная процедура со своими серьёзными основаниями. Сам по себе развод или раздельное проживание никого из родителей прав не лишает.
Вместо «опеки» решаются два конкретных вопроса. Первый — с кем из родителей будет жить ребёнок, то есть каким будет его место жительства. Второй — как родитель, который живёт отдельно, будет участвовать в жизни ребёнка: порядок общения, время, которое они проводят вместе, участие в воспитании. Родительские права оба родителя при этом сохраняют, а суд или соглашение родителей решает именно эти два вопроса. Поэтому называть такой спор «борьбой за опеку» некорректно: белорусское право решает совсем другие вопросы.
Оба вопроса решаются по одному критерию — исходя из интересов ребёнка. Определяя место жительства, суд учитывает привязанность ребёнка к каждому из родителей, их жизненные обстоятельства и возможность обеспечить ребёнку стабильные условия, его возраст и отношения с братьями и сёстрами. Если ребёнку исполнилось десять лет, суд принимает во внимание и его мнение, хотя оно не является решающим. Как правило, в деле участвует орган опеки и попечительства. То, что родители живут в разных странах, этих правил не меняет. Меняется другое: суд какой страны будет их применять и признают ли его решение в другом государстве. В основе по-прежнему лежат общие правила об определении места жительства ребёнка, а вопросы международного характера добавляются к ним.
Три вопроса, от которых зависит исход спора
Любой международный спор о ребёнке, если разобрать его по существу, сводится к трём вопросам, и отвечать на них нужно по порядку. Суд какой страны вправе рассматривать дело? Право какой страны он будет применять? И будет ли решение признано и исполнено в другом государстве — там, где живёт второй родитель, а со временем, возможно, будет жить и ребёнок? Если ответить только на первый вопрос и забыть о третьем, можно выиграть дело о месте жительства и получить решение, которое за границей ничего не стоит.
Все три вопроса связаны с одним понятием — постоянным местом жительства ребёнка, то есть местом, где ребёнок фактически живёт. Как правило, именно от него зависит, суд какой страны вправе рассматривать спор и право какой страны будет применяться. На него же в первую очередь ориентируются международные механизмы, особенно когда ребёнка перевозят в другую страну. Поэтому очень многое зависит от того, удастся ли объективно установить, где на самом деле сосредоточена жизнь ребёнка: эту страну право и будет считать страной его постоянного проживания.
Ответить на эти три вопроса важно в самом начале, потому что решить их заранее гораздо проще и дешевле, чем спорить о них после переезда. Пока ребёнок не переехал, вопросы подсудности и признания решения можно спокойно обсудить и даже согласовать между родителями. Если же один из родителей перевёз ребёнка без согласия другого, решать всё приходится в спешке и под давлением обстоятельств, причём нередко в рамках процедуры возвращения ребёнка, а не в полноценном споре о месте жительства. В таблице ниже собраны типичные ситуации и их последствия.
Споры о детях между родителями из разных стран: что применяется и будет ли решение действовать за границей
Будет ли решение действовать в другой стране, зависит от конкретной ситуации. В таблице собраны наиболее распространённые случаи: чем регулируется каждый из них и насколько на результат можно рассчитывать за границей.
| Ситуация | Чем регулируется | Будет ли действовать в другой стране |
|---|---|---|
| Родители заключили нотариально удостоверенное соглашение о детях | Соглашение родителей | Да, если родители его соблюдают |
| Ребёнок постоянно проживает в Беларуси, иск подан здесь | Решение белорусского суда, принятое исходя из интересов ребёнка | Спор рассматривается в Беларуси |
| Решение иностранного суда о месте жительства ребёнка нужно применить в Беларуси | Признание на основании международного договора или законодательства | Да, если решение признано |
| Один из родителей вывез или удерживает ребёнка за границей без согласия другого | Гаагская конвенция 1980 года | Возвращение ребёнка в страну постоянного проживания |
| Родитель хочет переехать с ребёнком за границу | Согласие второго родителя или решение суда | Без согласия или решения суда — нет |
| Общение с ребёнком, когда родители живут в разных странах | Условия решения суда или соглашения | Настолько, насколько чётко прописаны условия |
Место жительства ребёнка и порядок общения, если родители живут в разных странах: типичные ситуации.
Из таблицы видна закономерность. Надёжный результат дают соглашение родителей и решение суда той страны, где живёт ребёнок: в обоих случаях вопрос решён в правильном месте — либо самими родителями, либо судом страны постоянного проживания ребёнка. Проблемы возникают, когда ребёнка вывозят или удерживают за границей без согласия второго родителя или когда один из родителей переезжает с ребёнком, ни с кем не согласовав переезд. Во всех этих случаях родитель действует в одностороннем порядке, а это запускает механизм возвращения и превращает спор о месте жительства в дело о похищении ребёнка. В остальных ситуациях всё зависит от условий: иностранное решение действует в Беларуси только после признания, а порядок общения работает настолько, насколько чётко он прописан. Чтобы избежать конфликта, все вопросы стоит решить в надлежащем суде или по соглашению ещё до переезда.
Суд какой страны рассматривает спор
Вопрос подсудности, то есть суд какого государства вправе рассматривать спор, решается первым, и от ответа на него зависит всё остальное. В семейных делах с иностранным элементом Беларусь решает его на основании норм международного частного права и международных договоров. Прежде всего это Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года (Минская конвенция), а также двусторонние договоры о правовой помощи с отдельными государствами. Почти во всех этих нормах ключевое значение имеет постоянное место жительства ребёнка: там находятся доказательства, касающиеся его жизни, и именно там решение придётся исполнять каждый день. Развод с иностранным гражданином часто затрагивает и вопросы о детях, и к ним применяются те же правила.
Если ребёнок постоянно проживает в Беларуси, спор, как правило, рассматривает белорусский суд. Он определит место жительства ребёнка и порядок общения исходя из интересов ребёнка в обычном порядке, независимо от того, что один из родителей живёт за границей. Если же ребёнок постоянно проживает за рубежом, белорусский суд может оказаться не вправе рассматривать спор или будет не единственным, кто вправе это сделать. Родитель, живущий в Беларуси, может обнаружить, что по существу спор должен решать суд страны, где фактически живёт ребёнок. Ошибка здесь обходится дорого: решение суда, у которого не было полномочий рассматривать дело, другое государство вправе не признать.
Поэтому желание как можно быстрее обратиться в суд своей страны не всегда оправдано. Решение о месте жительства, быстро полученное по месту жительства родителя, а не ребёнка, может оказаться бесполезным: его не исполнят там, где фактически живёт ребёнок, а второй родитель сможет оспорить его как вынесенное судом, который не вправе был рассматривать дело. Разумнее сначала объективно оценить, где сосредоточена жизнь ребёнка и, следовательно, где должно рассматриваться дело, и уже исходя из этого выстраивать позицию, а не добиваться удобного решения, которое не будет действовать за границей.
Лучший вариант — соглашение о детях
Как бы важны ни были правила о подсудности, в большинстве случаев лучший выход — вообще не доводить дело до суда, а договориться. Если родители, живущие в разных странах, способны находить общий язык, они могут сами определить, с кем будет жить ребёнок и как он будет общаться со вторым родителем. В Беларуси такую договорённость можно оформить как нотариально удостоверенное соглашение о детях. В нём определяются место жительства ребёнка, порядок общения с родителем, живущим за рубежом, алименты и порядок поездок ребёнка из одной страны в другую. Такое соглашение снимает вопрос подсудности: родители не просят суд какой-либо страны решать за них.
Если родители живут в разных странах, соглашение должно учитывать больше обстоятельств, чем обычно, и составлять его нужно особенно тщательно. В нём важно подробно прописать всё, что усложняется из-за расстояния: в какой стране постоянно живёт ребёнок, как и когда он ездит ко второму родителю, кто и на что даёт согласие, как распределяются каникулы, где ребёнок учится и что происходит, если один из родителей решит снова переехать. Если семья живёт в одном городе, недосказанность в соглашении обычно удаётся сгладить, но когда родителей разделяют граница и часовые пояса, любая неясность становится поводом для конфликта. Поэтому ценность такого соглашения — именно в конкретных формулировках.
Если родители почти пришли к согласию, но не могут договориться по нескольким принципиальным вопросам, помочь может семейная медиация. Это процедура, в которой нейтральный посредник помогает сторонам найти решение, а достигнутые договорённости затем закрепляются в нотариальном соглашении. Начинать с переговоров стоит не только потому, что так спокойнее. Договорённость, которую родители выработали и подписали сами, гораздо чаще соблюдается и за границей, чем решение, которое суд одной страны вынес в отношении родителя, живущего в другой.
Если решение иностранного суда уже есть: признание и исполнение в Беларуси
Бывает, что вопрос уже решён: суд другой страны определил место жительства ребёнка или порядок общения. Тогда главное — будет ли это решение иметь силу в Беларуси. Решение иностранного суда не действует здесь автоматически: юридическую силу в Беларуси оно приобретает только после признания. Если решение можно признать, его можно и исполнить. Если нет, оно остаётся просто иностранным документом, исполнять который в Беларуси никто не обязан.
Признают ли иностранное решение по спору о ребёнке в Беларуси, зависит от того, какие договоры действуют между двумя государствами. Это может быть Минская конвенция, если в ней участвуют обе страны, двусторонний договор о правовой помощи, а при отсутствии договора — общие правила о признании иностранных судебных решений. Требования во всех случаях схожи: у иностранного суда должны были быть полномочия рассматривать дело, процессуальные правила должны быть соблюдены, второй родитель должен был иметь реальную возможность участвовать в процессе, а признание решения не должно противоречить публичному порядку Беларуси и, что особенно важно, интересам ребёнка. Решение, которое отвечает этим требованиям, имеет хорошие шансы на признание. Если же оно вынесено судом, у которого не было полномочий, или без участия второго родителя, с признанием, скорее всего, возникнут трудности.
Практический совет родителю, у которого на руках решение иностранного суда: не стоит рассчитывать, что оно автоматически действует в Беларуси, и не стоит ждать, пока возникнет конфликт, чтобы это проверить. Гораздо безопаснее заранее выяснить, признают ли решение, и, если есть сомнения, устранить их до того, как на него придётся ссылаться. Иначе в самый неподходящий момент может выясниться, что документ, который все считали окончательным, за границей силы не имеет. О признании нужно позаботиться заранее, а не рассчитывать на него по умолчанию.
Гаагская конвенция: быстрое возвращение незаконно вывезенного ребёнка
Помимо всего перечисленного есть механизм, о котором должен знать каждый родитель, если семья живёт в разных странах, потому что он действует быстрее и эффективнее остальных. С 1998 года Беларусь участвует в Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 года (Гаагской конвенции). Её главная задача такова: если ребёнка незаконно вывезли из страны его постоянного проживания или удерживают за её пределами, Конвенция обеспечивает его незамедлительное возвращение в эту страну. Благодаря этому спор о месте жительства рассматривается там, где он и должен рассматриваться, а не там, куда ребёнка увёз один из родителей.
Важно понимать, чего Конвенция не делает. Она не решает спор о месте жительства: не определяет, с кем из родителей должен жить ребёнок и какой порядок общения для него лучше. Эти вопросы остаются за судами страны, где ребёнок постоянно проживал. Конвенция отвечает на более узкий вопрос, и отвечает быстро: был ли ребёнок незаконно перемещён или удержан за пределами страны постоянного проживания в нарушение прав второго родителя? Если да, то по общему правилу ребёнок подлежит возвращению, и суд принимает такое решение, не рассматривая спор по существу. Смысл Конвенции в том, чтобы родитель не мог укрепить свою позицию, просто увезя ребёнка в другую страну: такой шаг ничего ему не даёт.
Отказать в возвращении можно лишь по ограниченному кругу оснований. Прежде всего это серьёзный риск того, что возвращение причинит ребёнку физический или психологический вред. Кроме того, суд может учесть возражения самого ребёнка, если он достиг такого возраста и уровня зрелости, при которых его мнение следует принимать во внимание. Ещё одно основание — если с момента вывоза прошло больше года и ребёнок уже освоился в новой среде. Перечень исключений сознательно сделан узким, иначе они вытеснили бы общее правило. Для родителей отсюда следуют два практических вывода, и они зеркальны. Если вашего ребёнка вывезли или удерживают за границей без вашего согласия, Конвенция — быстрый и действенный способ защиты, и обращаться к нему нужно без промедления. Если же вы думаете увезти ребёнка за границу, чтобы получить преимущество в споре, Конвенция, скорее всего, сведёт этот шаг на нет, и он обернётся против вас.
Переезд с ребёнком и выезд за границу
Обратная ситуация — законный переезд: родитель хочет переехать с ребёнком за границу и должен понимать, как сделать это на законных основаниях. Правило здесь строгое, и именно за его нарушение применяются меры по Гаагской конвенции. Один родитель не вправе просто увезти ребёнка на постоянное жительство в другую страну: как правило, для этого нужно согласие второго родителя, а если его нет — решение суда. Порядок выезда ребёнка за границу основан именно на согласии обоих родителей, и попытка обойти его превращает переезд в незаконное перемещение ребёнка.
Если второй родитель не даёт согласия, вопрос нужно решать через суд, а не в обход него. Родитель, у которого есть серьёзные причины для переезда, может обратиться в суд с просьбой разрешить переезд или определить иной порядок выезда ребёнка. Суд примет решение исходя из интересов ребёнка: сопоставит причины переезда с тем, насколько ребёнок привязан к родителю, который остаётся, и насколько реально поддерживать их общение на расстоянии. Это законный и вполне реальный путь. Незаконно другое — обойти его и поставить второго родителя, а заодно и другое государство, перед свершившимся фактом.
Действовать законным путём стоит не только из принципа, но и в собственных интересах. Родитель, который переехал с согласия второго родителя или по решению суда, находится в надёжном положении, и другое государство с этим считается. Родитель, который просто уехал, рискует столкнуться с заявлением о возвращении ребёнка по Гаагской конвенции и с решением о его возвращении. Кроме того, в будущем суд, который будет определять место жительства ребёнка, может оценить такое поведение не в его пользу. Проще говоря, лучше заранее получить согласие второго родителя или решение суда, чем потом пытаться узаконить свершившийся факт: в первом случае родитель спокойно начинает жизнь на новом месте, во втором рискует тем, что ребёнка обяжут вернуть.
Как сохранить связь ребёнка с родителем, который живёт за границей
Место жительства — только половина вопроса. Когда один из родителей живёт в другой стране, более сложной и долгосрочной задачей часто становится общение: как ребёнку и родителю, который живёт за рубежом, сохранить настоящую близость на расстоянии. Белорусское право рассматривает участие отдельно проживающего родителя в жизни ребёнка как его право и как часть интересов самого ребёнка, а не как одолжение со стороны другого родителя. Но если родители живут в разных странах, даже обычный график встреч превращается в сложную организационную задачу: поездки, паспорта, сопровождение ребёнка, учебные четверти, расходы и разница во времени.
Поэтому порядок общения в таких семьях нужно прописывать особенно точно — в соглашении или в решении суда. Формулировка вроде «родители общаются с ребёнком по договорённости» почти гарантирует конфликт, когда их разделяет перелёт. Даты и продолжительность встреч, кто едет и кто оплачивает поездку, как ребёнка передают от одного родителя другому и как он общается со вторым родителем между встречами — это не мелочи. Именно от этих деталей зависит, будет ли договорённость работать или станет поводом для нового спора перед каждыми каникулами. Чем конкретнее условия, тем меньше поводов для разногласий в будущем и тем реальнее участие второго родителя в жизни ребёнка.
Договорённость стоит сразу составлять так, чтобы её можно было исполнить принудительно. Общение, которое полностью зависит от доброй воли родителя, с которым живёт ребёнок, легко сходит на нет. Общение, закреплённое чёткими условиями в документе, который признает другая страна, гораздо надёжнее. Это ещё одна причина с самого начала грамотно оформить договорённости о детях: цель не в том, чтобы получить документ, а в том, чтобы оба родителя, даже живя в разных странах, оставались частью жизни ребёнка.
Ошибки, которые могут погубить дело
В международных спорах о детях есть несколько типичных ошибок. Самая серьёзная — самоуправство: вывезти ребёнка за границу или удерживать его там без согласия второго родителя в расчёте на то, что раз ребёнок уже живёт с вами, спор решится сам собой. Результат обычно обратный: запускается механизм возвращения по Гаагской конвенции, ребёнка приходится вернуть, а родитель оказывается тем, кто нарушил закон. Почти так же опасно обратиться не в тот суд: быстро получить решение о месте жительства в суде по месту жительства родителя, а не ребёнка, и затем обнаружить, что его невозможно исполнить там, где ребёнок фактически живёт.
Другие ошибки менее заметны и связаны с тем, что родители не просчитывают последствия заранее. Например, считают, что иностранное решение автоматически действует в Беларуси, хотя его нужно сначала признать. Оставляют порядок общения размытым, и в результате каждые каникулы превращаются в переговоры. Не решают вопросы подсудности и переезда заранее, а потом вынуждены решать их в спешке. Относятся к спору как к гонке, в которой важно опередить другого родителя, вместо того чтобы спокойно выстраивать договорённости. Каждую из этих ошибок гораздо проще предотвратить, чем исправить, и вывод из них один: вопросы, связанные с проживанием родителей в разных странах, нужно решать заранее и обдуманно — в надлежащем суде или, что лучше всего, по соглашению — до того, как кто-либо пересечёт границу, а не действовать по обстоятельствам.
Часто задаваемые вопросы
Назначают ли в Беларуси «опеку» одному из родителей?
Нет, по крайней мере не в том смысле, в каком это понятие используется в англоязычных странах. В Беларуси одному родителю не передают «опеку», а второму не оставляют лишь «право на общение». После расставания оба родителя в полном объёме сохраняют родительские права, если суд не лишил одного из них этих прав или не ограничил в них. Решаются другие вопросы: с кем из родителей будет жить ребёнок и как второй родитель будет участвовать в его жизни — общаться с ним и заниматься его воспитанием. Оба вопроса решаются исходя из интересов ребёнка.
Суд какой страны решает, с кем будет жить наш ребёнок?
Прежде всего это зависит от того, где ребёнок постоянно проживает. Вопрос решается по нормам белорусского международного частного права и международных договоров, в которых участвует Беларусь. Если ребёнок постоянно живёт в Беларуси, спор, как правило, рассматривает белорусский суд. Если за рубежом, полномочия рассматривать спор могут быть у суда той страны. Решение суда, у которого таких полномочий не было, другое государство вправе не признать, поэтому первый и самый важный шаг — установить, где на самом деле сосредоточена жизнь ребёнка.
Мы обо всём договорились между собой. Этого достаточно, если мы живём в разных странах?
Договорённость — лучшая отправная точка, но если родители живут в разных странах, её нужно правильно оформить. В Беларуси её можно закрепить в нотариально удостоверенном соглашении о детях, где определяются место жительства, порядок общения, алименты и практические вопросы, связанные с проживанием в двух странах. Пропишите всё конкретно: с кем живёт ребёнок, как и когда он ездит ко второму родителю, кто и на что даёт согласие, как распределяются каникулы и что будет, если кто-то из родителей решит снова переехать. Неясность, которую семья в одном городе так или иначе уладила бы, при жизни в разных странах становится поводом для конфликта.
Будет ли решение иностранного суда о месте жительства ребёнка исполнено в Беларуси?
Только после признания. Решение иностранного суда не действует в Беларуси автоматически: юридическую силу оно приобретает после признания на основании международного договора или общих правил. Как правило, для этого нужно, чтобы у иностранного суда были полномочия рассматривать дело, процессуальные правила были соблюдены, второй родитель имел возможность участвовать в процессе, а признание не противоречило публичному порядку Беларуси и интересам ребёнка. Лучше заранее выяснить, признают ли решение, чем рассчитывать, что оно будет исполнено само собой.
Может ли второй родитель вывезти ребёнка за границу без моего согласия?
Как правило, нет. Чтобы увезти ребёнка на постоянное жительство в другую страну, обычно нужно согласие второго родителя или решение суда. Если один из родителей делает это самовольно, речь идёт о незаконном перемещении ребёнка. Поскольку Беларусь участвует в Гаагской конвенции 1980 года, ребёнка могут незамедлительно вернуть в страну его постоянного проживания. Родителю, у которого есть веские причины для переезда, следует получить согласие второго родителя или обратиться в суд, а не ставить его перед свершившимся фактом.
Что делать, если ребёнка не вернули после поездки?
Если ребёнка удерживают за пределами страны его постоянного проживания дольше оговорённого срока, это незаконное удержание. К нему применяется тот же механизм возвращения по Гаагской конвенции, что и к незаконному вывозу. Нужно подать заявление о возвращении ребёнка, причём как можно скорее: время здесь имеет значение. Конвенция отвечает на узкий вопрос: был ли ребёнок незаконно удержан за пределами страны постоянного проживания? Если да, то по общему правилу его возвращают, а спор о месте жительства по существу рассматривают суды этой страны.
Что такое Гаагская конвенция о похищении детей и применяется ли она в Беларуси?
Это международный договор 1980 года, который обеспечивает незамедлительное возвращение детей, незаконно вывезенных в другую страну или удерживаемых в ней. Его цель — чтобы вопрос о месте жительства ребёнка решался там, где он постоянно жил, а не там, куда его увёз один из родителей. Беларусь участвует в Конвенции с 1998 года. Конвенция не решает спор о месте жительства по существу, а только вопрос о возвращении ребёнка. Отказать в возвращении можно лишь по узкому кругу оснований, например при серьёзном риске причинения ребёнку вреда или если против возвращения возражает ребёнок, достигший достаточной зрелости.
Могу ли я законно переехать с ребёнком за границу?
Да, если действовать по правилам: с согласия второго родителя или, если согласия нет, по решению суда. Суд решает этот вопрос исходя из интересов ребёнка: сопоставляет ваши причины для переезда с привязанностью ребёнка к родителю, который остаётся, и с тем, удастся ли сохранить их общение на расстоянии. Законный путь даёт вам надёжную позицию, с которой будет считаться и другое государство. Отъезд без согласия или решения суда грозит возвращением ребёнка по Гаагской конвенции и в будущем может быть учтён не в вашу пользу.
Учитывается ли мнение самого ребёнка?
Да. Если ребёнку исполнилось десять лет, суд учитывает его мнение при определении места жительства, но само по себе оно не является решающим. Суд оценивает его вместе с привязанностью ребёнка к каждому из родителей, их жизненными обстоятельствами, стабильностью условий и другими обстоятельствами, которые касаются интересов ребёнка. Возражения ребёнка, достигшего достаточной зрелости, могут иметь значение и при решении вопроса о возвращении по Гаагской конвенции.
Как организовать общение с ребёнком, если мы живём в разных странах?
Пропишите порядок общения как можно подробнее. Общение на расстоянии лучше всего работает, когда в соглашении или решении суда указаны даты и продолжительность встреч, кто едет и кто оплачивает поездки, как ребёнка передают от одного родителя другому и как он общается со вторым родителем между встречами. Расплывчатые формулировки вроде «по договорённости» почти неизбежно ведут к конфликту, когда родителей разделяют тысячи километров. Реальное участие в жизни ребёнка родителю, который живёт за рубежом, обеспечивают только чёткие условия, закреплённые в документе, который признает другая страна.
Имеет ли значение, что ребёнок — гражданин Беларуси?
Может иметь: гражданство влияет на практические вопросы, на подсудность и на то, какие документы понадобятся, поэтому его стоит учесть с самого начала. Но главными всё равно остаются постоянное место жительства ребёнка, его интересы и международные правила о подсудности, признании решений и возвращении детей. Гражданство — важное обстоятельство, но оно не заменяет главного вопроса: где на самом деле сосредоточена жизнь ребёнка.
Обращаться в суд или пытаться договориться?
Договариваться, если для этого есть хоть малейшая возможность. Соглашение, которое родители выработали и подписали сами, позволяет обойтись без затяжного конфликта и лишних расходов и гораздо чаще соблюдается за границей, чем решение, которое суд одной страны вынес в отношении родителя, живущего в другой. Преодолеть последние разногласия поможет медиация. Суд нужен тогда, когда договориться действительно не удалось, но и в этом случае важнее обратиться в правильный суд — по месту жительства ребёнка, чем сделать это первым.
Выводы
Когда родители живут в разных странах, решение о ребёнке имеет ценность лишь в той мере, в какой его можно исполнить в другом государстве. Белорусский суд не «присуждает опеку», а определяет, с кем будет жить ребёнок и как второй родитель будет участвовать в его жизни, исходя из интересов ребёнка. Но в международном споре за этими вопросами стоят ещё три, более сложных: суд какой страны рассматривает спор, право какой страны применяется и будет ли решение действовать там, где фактически живут второй родитель и ребёнок. Если ответить на них правильно, решение будет действовать и за границей. Если ими пренебречь, его сила закончится на границе.
Лучше всего с такими ситуациями справляются семьи, которые заранее и обдуманно решают вопросы, связанные с проживанием в разных странах, — в идеале по соглашению, — а не действуют по обстоятельствам после переезда. Ведь если ребёнка уже вывезли за границу без согласия второго родителя, ход дела определяют сроки гаагской процедуры возвращения, а не спокойное рассмотрение спора о месте жительства. Наши юристы по семейному праву консультируют родителей с обеих сторон таких споров: по вопросам места жительства ребёнка и порядка общения, переезда, признания решений иностранных судов и возвращения ребёнка по Гаагской конвенции. Наша цель — чтобы у ребёнка, чьи родители живут в разных странах, была стабильность в обеих странах и чтобы граница не вычеркнула ни одного из родителей из его жизни.
